В последний день осени 1835 года в маленькой деревушке Флорида, округа Монро Соединенных Штатов Америки на свет появился Сэмюэль Лэнгхорн Клеменс. Он же Томас Джефферсон Снодграсс, он же Сержант Фантом, он же Рамблер, более известный всему миру как Марк Твен.

Его творчество очень разнообразно. Он оставил более 25 томов произведений различных жанров, от легких скетчей и фельетонов до исторических романов.

Люди, которые любят смеяться, должны быть очень благодарны Марку Твену: он не только писал очень смешные, а при этом еще и умные, и поэтичные книги, но и утвердил новый стандарт юмора. Благодаря огромному таланту юмориста-психолога, Твен совершил прорыв в американской литературе. В его книгах простонародный фольклор сплетается с классическими элементами американской прозы. Он создал свой уникальный стиль, отражающий самобытные черты американца, его менталитет.

Твен был очень неординарной и противоречивой личностью. Будучи свободомыслящим циником, он всю жизнь страстно любил только одну женщину – свою жену. Он толком нигде не учился, а был не просто глубоко образованным человеком, но и обладателем почетных степеней магистра искусств и доктора изящной словесности Йельского университета, доктора прав Университета штата Миссури и ученой степени доктора изящной словесности Оксфордского университета. Он был невероятно умен, но терял огромные деньги в неудачных бизнес-проектах. Потомок древнейших родов Великобритании, он был демократом до мозга костей, работавшим матросом, кочегаром и старателем.

Его творчество известно во всем мире и изучается в университетах, афоризмы давно разошлись на цитаты, книги многократно экранизировались, да и о нем самом написаны книги и сняты фильмы.

В нашу страну Марк Твен «пришел» еще в дореволюционное время. Сначала известность он получил как юморист, пишущий о Диком Западе, а потом дошла очередь и до романов. И вот уже второе столетие интерес к его творчеству не убывает.

Самые, пожалуй, любимые его книги – «Приключения Тома Сойера», «Принц и нищий», «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура». Но есть одна книга, не настолько известная, но очень интересная, в том числе, и своей историей создания, связанной с нашей страной – «Простаки за границей, или Путь новых паломников».

Найдется не так много людей, знающих, что Марк Твен был одним из первых американских «туристов», посетивших нашу страну.  Он прибыл на пароходе «Квакер-сити», который должен был довезти американцев к святым местам в Палестине.

До прибытия в Россию паломники уже побывали на Азорских островах, во Франции, Италии, Греции и Турции, а в дальнейших планах стояло посещение Египта и Бермудских островов.

Для Самюэля Клеменса, корреспондента газеты «Альта Калифорния», это была служебная командировка. Он посылал в газету очерки со своими путевыми впечатлениями, которые имели большой успех у читателей. Затем они и стали основой книги «Простаки за границей».

Путешественники сошли на гостеприимный крымский берег в августе 1867 года. Позже, вспоминая Россию, Твен утверждал, что ни в одной стране мира американцев не принимали с таким радушием. Свой паспорт он потерял и отправился в Крым по паспорту своего соседа по каюте, оставшегося в Константинополе, и с которым он был совсем не похож. Твен боялся разоблачения, но здесь его ни разу не попросили предъявить документы. Достаточно было американского флага, развевающегося на корабле.

Это радушие было вызвано еще и тем, что во время недавней Крымской войны США сохраняли нейтралитет, а защитникам Севастополя помогали более 40 американских врачей-волонтеров.

Американские туристы побывали в Севастополе, Одессе, Ялте и Ливадии. В своих путевых заметках Марк Твен отзывался о России очень благожелательно, хоть и с присущим ему юмором и иронией. Он писал, что много разговаривал с русскими «просто из дружеского расположения», которое, по его словам, побуждало и их говорить с ним. «Я уверен, что беседа доставила удовольствие обеим сторонам, хотя никто из нас не понимал друг друга».

Севастополь поразил его сильнейшими разрушениями, оставшимися после Крымской войны.

«Помпея сохранилась куда лучше Севастополя. Разрушенные дома, обвалившиеся стены, груды обломков – полное разорение. В какую сторону ни глянь, всюду развалины, одни только развалины! Будто чудовищное землетрясение всей своей мощью обрушилось на этот клочок суши. Долгих полтора года война бушевала здесь и оставила город в таких развалинах, печальнее которых не видано под солнцем».

Одессу писатель счел типично американским городом.

«Сойдя на берег, я ступил на мостовые Одессы, и впервые после долгого-долгого перерыва наконец почувствовал себя совсем как дома. По виду Одесса точь-в-точь американский город: красивые широкие улицы, да к тому же прямые; невысокие дома (в два-три этажа) – просторные, опрятные, без всяких причудливых украшений; вдоль тротуаров наша белая акация; деловая суета на улицах и в лавках; торопливые пешеходы; дома и все вокруг новенькое с иголочки, что так привычно нашему глазу; и даже густое облако пыли окутало нас словно привет с милой нашему сердцу родины, – так что мы едва не пролили благодарную слезу, едва удержались от крепкого словца, как то освящено добрым американским обычаем».

В прошлом веке много писали о сходстве России и Америки. Царицын, например, называли «Русским Чикаго», но не из-за разгула преступности, а за схожесть погоды (Чикаго не зря называют «город ветров») и за быстрый промышленный рост двух городов.

И, кстати, улицы, названные в честь Марка Твена в нашей стране есть только в двух городах – в Дербенте и Волгограде!

В Одессе находился американский представитель, который посоветовал туристам попробовать встретиться с императором Александром II, бывшим в это время в Ливадии. Императору отправили телеграмму, и тот согласился их принять.

Представитель посоветовал им отправить императору приветственный адрес. Для его написания был создан целый комитет, но писать его пришлось одному Твену. Впоследствии он так отзывался об этом факте: «У меня не было против этого никаких возражений, поскольку скромность у меня отсутствует начисто и мне все равно кому писать – императору или кому-либо еще, но имея в виду, что их было пятеро в составе комитета, я полагал, что они могли бы написать хотя бы один абзац на всех».

Адрес был написан от «группы частных американских граждан, путешествующих единственно ради собственного удовольствия» и в нем говорилось, что «Америка многим обязана России, она является должником России во многих отношениях, и в особенности за неизменную дружбу в годы ее великих испытаний. С упованием молим Бога, чтобы эта дружба продолжалась и в будущем».

Александр II в ответном слове также выразил надежду, что дружественные отношения России и США сохранятся «на вечные времена».

Адрес был опубликован в газете «Одесский листок», и это стало, по сути, первой публикацией Марка Твена в России.

Крымские пейзажи напомнили Твену калифорнийские Кордильеры: «Высокие суровые горы стеной замыкают бухту, их склоны щетинятся соснами, прорезаны глубокими ущельями, то здесь, то там вздымается к небу седой утес, длинные прямые расселины круто спускаются от вершин к морю, отмечая путь древних лавин и обвалов, – все как в Сьерра-Неваде, верный ее портрет».

Ялта показалась писателю очень красивой: «Деревушка Ялта гнездится внизу амфитеатра, который, отступая от моря, понемногу подымается и переходит в крутую горную гряду, и кажется, что деревушка эта тихо соскользнула сюда откуда-то сверху. В низине раскинулись парки и сады знати, в густой зелени то там, то тут вдруг сверкнет, словно яркий цветок, какой-нибудь дворец».

Встреча с императорской семьей была теплой и непринужденной. Александр II был одет в простую фуражку и белый полотняный костюм без орденов и регалий. Он выглядел как самый обычный отпускник и говорил с гостями по-английски.

«У меня даже было смутное желание получше разглядеть его руки, чтобы убедиться, что он, как все мы, из плоти и крови. Вот он передо мной – человек, который может творить такие чудеса, – и однако, если я захочу, я могу сбить его с ног. Дело простое, и все же явно ни с чем не сообразное, – все равно что опрокинуть гору или стереть с лица земли целый континент... Если бы я мог украсть его сюртук, я не колебался бы ни секунды. Когда я встречаю подобного человека, мне всегда хочется унести что-нибудь на память о нем».

В записной книжке Твен отметил, что Александр II «выглядит в сто раз величественнее турецкого султана».

Затем император с семьей устроили заокеанским гостям экскурсию по дворцу.

«Мы уже привыкли, что дворцы нам показывает какой-нибудь ливрейный лакей, весь в бархате и галунах, и требует за это франк, но, побеседовав с нами полчаса, император всероссийский и его семейство сами провели нас по своей резиденции». Писателя удивило что «они ничего не спросили за вход».

Свой репортаж об этой «исторической» встрече Твен завершил так: «Я думал, что императоры люди страшные. Я думал, они только и делают, что восседают на тронах, увенчанные великолепными коронами… Однако оказалось, что они до удивления похожи на простых смертных. Дома они куда приятнее, чем во время пышных приемов. Одеваться и вести себя, как все, для них так же естественно, как для любого из нас положить себе в карман карандаш, который мы на минутку взяли у приятеля».

Публикация этих путевых заметок в газете и дальнейшее издание книги в 1869 году принесли Марку Твену на родине настоящий успех. Он много ездил по стране с лекциями-рассказами о своих путешествиях. В то время такие лекции были распространенным способом с пользой провести время и недорого развлечься. Остроумная и ироничная манера Твена-лектора, его умение «держать» публику сделали их очень популярными, и он исколесил с ними практически всю страну.

С нашей страной Марка Твена также связывает его знакомство с Иваном Тургеневым. Они познакомились в Париже в 1879 году, и Тургенев так отозвался о Твене: «Вот теперь есть человек, который наконец-то соответствует моему представлению о том, каким следует быть американцу… У этого человека есть свое лицо, в нем есть дух земли».

Они встречались несколько раз, «пили чай из самовара». Между классиками долгое время велась дружеская переписка.

В преддверии 190-летия Марка Твена детские библиотеки Волгограда приглашают за его увлекательными книгами, а мы, уж традиционно, предлагаем не менее увлекательный кроссворд по самому известному его роману «Приключения Тома Сойера» 

«От забора до сокровища»